Стараясь производить как можно меньше шума, Шелли Эйв выбралась из слегка покосившегося глинобитного дома, где их семейство потомственных гончаров обитало уже несколько лет.
погоня До рассвета оставалось еще несколько часов и никто ее не хватится, пока не настанет час идти на рынок и торговать треклятыми горшками. А к этому времени она будет уже далеко. Девушка свернула в узкий извилистый проулок, соединяющий их Гончарную улицу с более зажиточной Ремесленной. Выйдя на нее, огляделась. Пусто. На небе светила почти полная луна, весело сверкали звезды. Что-то поблескивало у стены противоположного дома. Странно. Подойдя ближе и наклонившись, Шелли увидела, что это кусочек граненого стекла переливается в грязи мостовой. Она подняла его, любуясь переливами граней. Нет, не стекло, слишком тяжелый. Камень. повертев находку, она сунула ее в карман.
************************
-Как ты мог его потерять? - сказать, что Ран был раздосадован, это значит, ничего не сказать.
-Понятия не имею! – оправдывался озадаченный маг. – Дырок в карманах нет, застежка на месте. Я этого просто не понимаю! Волшебство какое-то!
-Кстати о волшебстве! Может быть, ты пошепчешь свои заклинания, камешек сам и прикатится? - подал идею рыцарь.
Но чтение заклинаний никакого результата не дало. То ли сказывалось расстояние, то ли непостижимым образом вмешалась магия артефакта. Тресс решил вернуться тем же путем и поискать пропажу. Они с Раном целенаправленно чуть ли не на четвереньках изучили все закоулки и мостовые. Тщетно. Только в квартале от дома ювелира маг почуял следы камня. С надеждой бросившись к тому месту, они ничего не обнаружили, кроме нескольких отпечатков сапог со сколотым каблуком. Камень явно подобрал кто-то другой. Светало.
Легкие перья облаков на востоке стали бирюзовыми, а затем- золотистыми по нижней кромке. На шпилях и флюгерах замка заиграли первые лучи солнца, когда грязные и злые рыцарь и маг прокрались в свою комнату в «Золотом пне». Ран плюхнулся на покрывало, кровать протестующе скрипнула.
- Что будем делать? -рыцарь повернулся к магу.
Тресс стоял у окна, любуясь восходом солнца. Теперь уже лучи вовсю скользили по черепице невысоких домиков старого города. Ветер играл с листвой деревьев, как хулиганистый мальчишка, дергал занавески. Стая голубей кружила в районе рынка, видимо, сердобольный старушки их там прикормили.
- А ведь время тут и там, в том мире, идет по-разному, -невпопад сказал маг.
-В смысле?
- В городе говорили, что принцесса вчера отправилась в загородный замок. А мы провели в том мире.. шесть дней!
-Ты хочешь сказать, что для Ады уже истекли шесть суток? – рыцарь аж вскочил с кровати и начал нервно метаться по комнате. – Значит, у нас остался всего один день, а потом...
-А потом, боюсь, наша неугомонная начнет делать глупости, - закончил Тресс.- Кстати, я предлагаю перекусить и прогуляться по городу. Никогда не знаешь, где тебе повезет, как говорил давным давно мой учитель.
За неимением лучшего плана, на том и порешили. Город просыпался. По улицам лавировали хозяйки с огромными кошелками, спешащие на рынок за свежими овощами и зеленью; неторопливо брели тяжеловозы, волоча за собой скрипучие телеги; шныряли карманники; на перекрестках, устроившись поближе к домам, играли музыканты, положив шляпы на виду у людей. Изредка кто-нибудь бросал туда блестящую на солнце монетку. Маг, привыкший к спокойствию лаборатории и архивов, с трудом пробирался сквозь эту толчею. Ран, обладавший большей сноровкой, слился с толпой. В конце концов Тресс потерял рыцаря из вида. Несмотря на раннее время, большая часть питейных заведений уже была открыта, не иначе как для тех страждущих, что вчера покидали их последними. Кое-откуда доносилось пение все тех же вездесущих менестрелей, а из некоторых - вопли, возвещающие о драке. Проходя мимо одного из таких небольших полутемных строений, где даже и еду не готовили, а за пару медяков можно было получить кружку сомнительного пива или чего покрепче (пропорционально более сомнительного), Ран не сразу смог определить, что же происходит внутри- еще пение или уже драка. Голос у заезжего певца был на редкость пронзительный, хотя играл он на чем-то струнном весьма недурно. Видимо, для мучимых похмельем это было как нож по сердцу, потому как дверь, ведущая из узкого переулочка в трактир открылась, и двое вышибал вынесли певца вместе с его инструментом и нехитрым скарбом вон. Ран пригляделся к этой сцене. Точно. Не певца, даже, а певицу. И тут девушка, совсем еще молоденькая, с копной взъерошенных темно-русых волос, поверх которых была завязана потрепанная лента для большего соответствия с модой, начала качать права, да так уверено, что и принцессе не снилось.(Ран знал, с чем сравнивать, ибо опыт общения со скандальными представителями высшей знати имел преогромный, даром что ли полжизни при дворе провел? Да и Аду сложно было назвать образчиком кротости и вежливости)
-Это дискриминация личности!!! Если ты мужик, то имеешь право петь в таверне, а если нет, то пошел вон! И как вы смеете оскорблять меня, говоря, что мой голос загоняет в гроб тараканов?
-Э... это, не ругайся! - один из амбалов – лысый и с флюсом - поскреб за ухом.
- Иди, иди, - отечески улыбнулся второй, заросший светлой бородой по самые глаза, - нечего бабам по трактирам песни петь, ваше дело...
Дослушать лекцию о смысле существования женщины Ран не смог: девица, отбросив вещи резво подпрыгнула и долбанула бородатого в челюсть. Приземлившись, упала на колено и руками двинула второму по колену. Оба мужика взревели и, забыв про предрассудки вроде «баб бить дома», бросились на обидчицу. Поскольку после такого начала мужиков слегка пошатывало, сразу схватить противницу они не смогли, наоборот, опьяненные жаждой крови, натолкнулись друг на друга и обменялись парой неслабых ударов. Тут бы воинственному менестрелю и улизнуть, но лавры окончательного победителя явно не давали покоя: подловив момент девчонка сделала подножку одному из громил и тот грохнулся на землю, увлекая второго. И здесь удача изменила амазонке – поскользнувшись на грязи, она не успела вовремя отпрыгнуть на безопасное расстояние, и один из вышибал успел, поднимаясь, схватить ее за локоть. Ран, наблюдавший битву от входа в проулок понял, что кое-кого сейчас научат и жизни, и правилам общения. Хорошо, если насмерть не зашибут. Честная рыцарская душа, уверенная, что прекрасных дам, пусть даже они дурно воспитаны и сами нарываются, надо спасать от всего, будь то злой дракон или же еще какая нечисть, возопила о справедливости. Парень бросился на помощь. Весовые категории явно были не в его пользу, но неожиданность сделала свое дело: получив рассчитанный удар, один из нападающих улегся отдохнуть у стены, второй, поскользнувшись на той же самой грязи потерял равновесие, чем и воспользовалась девушка – дала сапогом в грудь, так что мужик растянулся напротив товарища.
Он только -только начал подниматься, когда в переулок вошел Тресс. Видя, что Ран опять попал в неприятности, маг не придумал ничего лучше простенького усыпляющего заклинания.
Что характерно - когда где-то начинается драка все вокруг будто замирает: ни стража, ни прохожие не показывались ровно до того момента, как захрапели вышибалы. А потом как прорвало: с улицы послышались окрики, чтоб пропустили - не толпились, любопытные лица заглядывали в переулок да еще и хозяин забегаловки отворил дверь. Первой поняв, что пора сматываться, девчонка подхватила свои вещи и рванула прочь от оживленной улицы, вглубь по переулку. За ней подорвался Ран, а уж затем - Тресс. Сзади грохотала сапогами городская стража.
Запись 26
Стараясь производить как можно меньше шума, Шелли Эйв выбралась из слегка покосившегося глинобитного дома, где их семейство потомственных гончаров обитало уже несколько лет.
погоня
погоня